וְלֹא־הוֹרִ֣ישׁ מְנַשֶּׁ֗ה אֶת־בֵּית־שְׁאָ֣ן וְאֶת־בְּנוֹתֶיהָ֮ וְאֶת־תַּעְנַ֣ךְ וְאֶת־בְּנֹתֶיהָ֒ וְאֶת־ישב [יֹשְׁבֵ֨י] ד֜וֹר וְאֶת־בְּנוֹתֶ֗יהָ וְאֶת־יוֹשְׁבֵ֤י יִבְלְעָם֙ וְאֶת־בְּנֹתֶ֔יהָ וְאֶת־יוֹשְׁבֵ֥י מְגִדּ֖וֹ וְאֶת־בְּנוֹתֶ֑יהָ וַיּ֙וֹאֶל֙ הַֽכְּנַעֲנִ֔י לָשֶׁ֖בֶת בָּאָ֥רֶץ הַזֹּֽאת׃
И Манассия не изгнал жителей Вефина и его городов, ни Таанаха и его городов, ни жителей Дор и его городов, ни жителей Иблея и его городов, ни жителей Мегиддо и его городов; но хананеи решили жить на этой земле.
Rashi
the peoples whom the Lord had told them (Deut. 20:16): “You shall not allow a soul to remain alive”; (Exod. 23:33), “They shall not remain as residents in your land,” but they allowed them to dwell in their midst, paying tribute.